“Первый день весны. Для итальянцев весна начинается не 1, а 21 марта”.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Художник Катя МАРГОЛИС тоже живет в Италии времен коронавируса. Продолжаем публикацию ее заметок.

“…сводки с больничных фронтов как будто опровергают поэзию. И все же уникальность нынешнего состояния огромной части человечества именно в этом — возможность внутреннего приближения, перенастройки оптики. Наведения фокуса. Тут время не вольно. И дольше века длится день. Каждый повторяющийся неповторим. И это счастье — пусть же длится…”

 

***

ВЕНЕЦИЯ. Карантинные хроники. День 14-15-й.

  • Белая фигура передо мной кажется то ли клоуном, то ли призраком. Вот он идет со свои шлангом, подключённым к канистре на колесиках и методично дезинфицирует улицы, лестницы, помойки, скамейки.
    А мы с псом плетемся за ним.
    Ау-ау— выкликает горлица в полной тишине. Дай ответ. Не дает ответа. Ответом только наши мерные шаги, отбивающие скорее дни, чем метры.

Они все замедляют ход, Распыляясь в ежедневные мелочи, время утекает, как сквозь пальцы. Даже солнце сегодня не торопится, лениво протирая облака, словно решая, стоит ли ему вообще вставать. А зря — первый день весны. Для итальянцев весна начинается не 1, а 21 марта.
Сегодня суббота.
А пока я собралась с мыслями и словами — уже и воскресенье.
-Какая разница? — говорит мне подруга.
Но почему-то именно в этом опустошенном безвременье особенно важно различать дни.
Чем этот день отличается от всех остальных?

На протяженьи многих зим
Я помню дни солнцеворота,
И каждый был неповторим
И повторялся вновь без счета.
И целая их череда
Составилась мало-помалу
Тех дней единственных, когда
Нам кажется, что время стало.

Солнцеворот.
Что ж ты делаешь с нами, o sole mio?
Зачем манишь на улицу, как сирены Улисса. Как мне тебя не послушать?

Но новости неумолимы 793 смерти. «Пожилые в возрасте свыше 80 лет составляют 7% населения, то есть высокий порог связан с тем, что в Италии дольше живут», — сказал замминистра Италии Силери, который заразился и сам. Продолжаются дебаты о статистике, в которой Италия предельно честна. В Италии, в отличие от Германии, у каждого умершего берут анализ на коронавирус. И у многих его обнаруживают, в том числе у тех, которые умирают дома. Президент немецкого института Роберта Коха Лотар Вилер говорит, что на самом деле смертность от коронавируса в Германии и Италии не сильно различаются. Все слышнее голоса, в Германии смерти от коронавируса прячут за разными диагнозами: пневмония, оторвавшийся тромб и т.д. Что значит умереть ОТ вируса? — говорит врач. Это и значит умереть от ОСЛОЖНЕНИЙ, который этот вирус принес, от той пробоины, которая уже была или образовалась в иммунной системе заболевшего человека. А уж будет это инфаркт, тромб, пневмония, или отек легких – зависит от конкретного пациента. И в итальянской статистике смертности только 0,8% людей без изначальных патологий и сопутствующих заболеваний. Но от этого трагедия не уменьшается. Вот кассирша из супермаркета 52 года. Вот медсестра из Казерты- 25 лет.И реанимации Ломбардии остаются полны. Увы, статистика как раз правдива. На днях депутаты итальянского парламента потребовали от Евросоюза установить единые стандарты для статистики хотя бы в Европе. Россию тут даже и поминать бессмысленно. Моей тете, внезапно умершей два дня назад от отека легких в Москве (правда. потом подтвердили инфаркт) не стали делать посмертно тест на вирус, несмотря на настояние родственников. Возможно, он был бы отрицательным, возможно положительным. Но в самом отказе делать тесты содержится больше информации о нынешнем положении, чем во всей придуманно низкой статистике и политических заявлениях. “В СССР секса нет”. Не говоря уж о вирусах.

Люди утешаются по-разному. Кто прячется в яростное отрицание, кто ещё в стадии «сезонного гриппа», кто-то, напротив, прячет свой страх за ещё большим нагнетанием и «я же предупреждала еще полтора месяца назад» или «как эта дама из Венеции смела успокаивать всех из эпицентра заразы» (напомню в «эпицентре» пока госпитализировано 12 человек, в реанимации 5), кто-то пишет глупости о туалетной бумаге, кто-то отказывается обсуждать вирус в принципе, а кто-то все негодует на экономическую недальновидность властей и бессмысленность карантинных мер.

«Я на мир взираю из-под столика: век двадцатый, век необычайный / Чем событья интересней для историка, тем они для современника печальней» . В сети то и дело попадаются обсуждения пост-карантинного мира. Как же спешит современный человек забежать вперед, хотя бы мысленно шагнуть вон из клетки — на доске ли, где он оказался пешкой или из неволи — омонимия перестала играть роли.

Все чаще вспоминаю тюремно-лагерные книги. Особенно Буковского «Возвращается ветер».

“«. ..Это только новичок, который первый раз сидит – тот воли ждет да дни считает. И кажется ему эта воля чем-то светлым, солнечным и недостижимым. <…> Странное что-то происходит и со временем. С одной стороны, время несется стремительно, поражая этим твое воображение. Весь нехитрый распорядок дня с обычными, монотонно повторяющимися событиями: подъем, завтрак, прогулка, обед, ужин, отбой, подъем, завтрак, прогулка, обед, ужин, отбой – сливается в какое-то желто-бурое пятно, не оставляющее никаких воспоминаний, ничего, за что могло бы зацепиться сознание. И вечером, ложась спать, человек, хоть убей, не помнит, что же он весь день делал, что было на завтрак или на обед. Более того, сами дни неразличимы, полностью стираются из памяти…”

Какие-то две недели — и не в тюрьме или на зоне, а дома, в лучшем и любимейшем из городов — и начинает происходить нечто очень похожее.

В этом вынужденном карантинном простое, на пустых площадях и сидя дома я приучила себя не гадать о будущем, не считать сроки, а всматриваться в само время, приглядываться к его тихоходу. Из открытого окна слышно, как соседская девочка Клаудия разговаривает по скайпу с бабушкой и дедушкой, живущими на соседней улице. Они не виделись уже две недели. Тесное семейное общение, возможно тоже не последняя причина итальянской статистики. Воскресный обед с nonni – это так же незыблемо, как восход солнца. Из другого окна слышно, как малышка Бьянка изводит маму: пойдем гулять, мне скучно! И рыдания. Детям заточение дается все тяжелее . Моя собственная 9-летняя дочь тоже томится. “- Мам, а в твоем детстве часто бывали карантины?” . Хорошо, что есть дворик, балет, хотя бы одна из старших сестер рядом, книги, зум-занятия , а с понедельника уже и я беру себя в руки и начинаю обещанный детский онлайн курс “Жизнь в картинках”

Мы же взрослые тоже не можем жить без картинок. И не только фейсбук. Как Алисе в стране чудес — нам всем нужны не просто книжки с картинкам и диалогами. Нам нужна жизнь с ними. Вид из окна. Короткий обмен новостями с соседом. Мимолетный взгляд. Small talk. Все это незаметно, но ежедневно обновляет наш жизнеток И того, и другого в условиях изоляции дефицит. Вот я и решила, что мы и будем слушать картины и видеть слова, разберёмся в жанрах и поймём, что живого в слове «живопись», что такое линейная и воздушная перспектива, почему натюрморт совсем не «morte”-не мертв, а автопортреты совсем не селфи. Я хочу поговорить с детьми о внутренних пейзажах, о невидимом и видимом и их изображении. А ведь можно и «сходить» на видео-экскурсии по музеям мира и по самой Венеции и смотреть на нее глазами художников и поэтов и отправиться на виртуальный пленэр. Современным детям мозаики Сан Марко могут рассказать о том, откуда взялись пиксели. Я хочу, чтоб это были просто «уроки рисования», а разговор об видении и визуальности, мышлении через образ, о словах и картинах, об истории искусств и о поэзии. Говорить, читать, думать через линии и пятно. Разобраться в устройстве простейших вещей. Как это, собственно, делали мастера Возрождения, когда искусство было именно формой мышления. Сейчас в этой вынужденной остановке самое время присмотреться к мелочам. И к самым маленьким.
https://www.facebook.com/…/a.23219263747…/2610624169182715/…

В самом названии программы дистанционного обучения Zoom – то же . Задумывалась оно, видимо, как фото-метафора одновременного приближения студентов и расширения знаний. Но сейчас звучит насущнее. В некотором роде инструмент преодоления линейной перспективы, в которой дальние фигуры уменьшаются до точки схода, стремясь к небытию. И возможность присмотреться к тому, что раньше было практически невидимо.

Когда б мы досмотрели до концам
Один лишь миг всей пристальностью взгляда,
То нам другого было бы не надо
И свет вовек бы не сошёл с лица.
Когда б в какой-то уголок земли
Вгляделись мы до сущности небесной,
То мёртвые сумели бы воскреснуть,
А мы б совсем не умирать могли.
(Зинаида Миркинв)

Это, увы, не буквально так. Да, объятье не кончается, и letum non omnia finit, но сводки с больничных фронтов как будто опровергают поэзию. И все же уникальность нынешнего состояния огромной части человечества именно в этом — возможность внутреннего приближения, перенастройки оптики. Наведения фокуса. Тут время не вольно. И дольше века длится день. Каждый повторяющийся неповторим. И это счастье — пусть же длится.

#VENEZIAкарантинныехроники


ПОДЕЛИТЬСЯ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *